Про статистику IMB

О статистике пиратства Международного морского бюро IMB и заявлениях главы бюро, капитана Поттенгала Мукундана, разговор должен быть особым. Потому что капитан Мукундан сильно лукавит. Начнем с его заявления об опасности пиратства в Красном море. Это что за Америку такую он открыл, и почему все СМИ взахлеб об этом пишут? Захват минимум одного судна в Красном море ранее, до 2010 года, уже был. В период муссонов Красное море моментально покрывается красными точками опасности, и зимой-весной, задолго до предупреждения старины Мукунданыча, судовладельцы и моряки, идущие в Аденский залив, запрашивали у меня обстановку в Красном.

Теперь о собственно статистике. В подтасовке статистики ранее его обвиняло известное агенство Ecoterra Intl. Агентство работает из Найроби Кения, его главный интерес - судьба Сомали и региона, судоходство ему по большому счету, безразлично, однако оно единственное (ну наверное, кроме Морского Бюллетеня), кто подвергает критическому анализу действия мирового сообщества, военных сил в регионе и международных организаций.

В чем IMB лукавит? В том, что количество захваченных судов преувеличено, а количество нападений преуменьшено. Если говорить о захваченных судах, то пространство для статистического маневрирования создают а) захваты местных судов, каких-то сомнительных сухогрузов, регулярно захватываемых пиратами и регулярно ими отпускаемых, и доу б) неудавшиеся захваты типа захвата танкера Московский Университет. Если говорить о нападениях, то их фактическое количество не знает никто - многие нападения официально не фиксируются, потому что капитаны не желают заниматься тягомотиной, заполнением огромных портянок-опросников. Но со стопроцентной уверенностью можно говорить, что нападений куда больше, чем в статистике IMB.

Зачем IMB надо искажать статистику захватов в сторону увеличения, а нападений в сторону уменьшения? Причины очевидны.

IMB относится к числу международных морских организаций и учреждений, зависящих от ООН, от государств и от крупнейших судоходных компаний. Эти организации физически представляют из себя бюрократические структуры со своими собственными интересами, и именно эти интересы определяют их поведение. Пиратство в каких-то допустимых для мировой экономики масштабах их устраивает, и более того, оно им выгодно. ООН, мировое сообщество и отдельно взятые государства не были настроены радикально решить проблему сомалийского пиратства раньше, не настроены они это сделать и сейчас. Слишком много хлопот, тогда как в существовании пиратства в том процессе, который называется «борьбой с пиратством», слишком много частных выгод. Военные откровенно лоббируют сколь угодно длительное патрулирование в регионе, потому что это дает им дополнительный бюджет и возможность круглогодичных военных учений.

Некоторые страны, как это наконец, стали признавать и отдельные западные аналитики, и вовсе не заинтересованы в исчезновении сомалийского пиратства как проблемы, потому что существование пиратства стало прекрасным предлогом для организации в регионе своего постоянного военного присутствия. Это конечно, прежде всего азиатские страны - Китай, Корея, Япония, Индия и другие. Они зависят от поставок нефти из Персидского залива и перевозок в Европу своей продукции, как коматозник от питающих его трубок. Уж так оно заведено в нашем милом мироустройстве, что никто никому не верит. Поэтому странам кажется, что наличие в без всяких пиратов опасном регионе их военных способно будет защитить их интересы «в случае чего», хотя все эти наращивания мускулов для «в случае чего» заканчивались только одним, широкомасштабными войнами.

То есть мировому сообществу и отдельно взятым странам реальное снижение пиратской угрозы совсем ни к чему. А оно между тем, есть. Если сравнить сводки и новости предыдущих двух лет и текущего, то отчетливо видно, что количество захватов резко пошло на спад. Нападений не стало при этом меньше. Суда и судовладельцы научились защищаться. Прежде всего речь идет о вооруженной частной охране. В сводках НАТО или Извещениях мореплавателям постоянно натыкаюсь - нападение отбито охраной, пиратов отпугнули огнем. Если в прошлом году судовладельцы спрашивали, как и у кого застраховаться, то в этом спрашивают только одно - как и где нанять охрану. Судоходство поняло, что на мировое сообщество и на свои собственные международные морские организации надежды нет, и в дело вступил рынок. Я уже неоднократно писал, что дело, совершенно очевидно, идет к тому, что в ближайшее время любой судовладелец сможет без труда и проблем нанять вооруженную охрану по приемлимой цене. Количество предлагаемых услуг и агентств стремительно растет.

Однако мировое сообщество, ООН, международные организации и собственно страны такой вариант решения проблемы категорически не устраивает. Тут дело в их природе, их ментальности, их мироощущении. Им очень не нравится, когда их подчиненные, компании или граждане, берут дело защиты самих себя в свои руки, да еще при этом вооруженные руки. Их такая самостоятельность пугает. Их вообще пугают излишне свободные люди. Потому что у таких людей рано или поздно, но появляется масса вопросов к тем, кто корчит из себя их защитников и радетелей.

Поэтому кэптен Мукундан оказался в непростой ситуации. С одной стороны, нельзя говорить о резком снижении количества захватов, тогда придется рано или поздно признать, что это заслуга самих судовладельцев и экипажей, и вооруженной частной охраны. С другой стороны, нельзя объяснить это дело резким ростом нападений, потому что Мукундан и компания сильно зависят от стран, а значит от военных этих стран, требующих такой статистики, которая не озадачит общественность вопросом - насколько оправдано содержание в регионе этой огромной армады военных кораблей, сколько это стоит и какова отдача.

Ему то есть, из черного надо сделать белое, а из белого черное. Количество нападений выросло, а количество захватов сократилось. Это фактически. Но за счет чего сократилось количество захватов? Это вопрос, на который кэптен не имеет права честно ответить, если ему дороги его личные интересы и интересы той организации, которую он возглавляет. Поэтому количество нападений у него сократилось, а количество захватов выросло. Мукундан наговорил на страницу текста убористым шрифтом, но ни сейчас, ни ранее, он не попытался ввести квалификацию захватов - это мы считаем захватом, а то нет. Между тем, есть разница между захваченным не до конца Московским Университетом, тут же освобожденном, и между судном, которое увели в плен. Есть разница между совершенно непонятным, никому неизвестным доу, кто его знает зачем полезшим в прибрежные воды Сомали, и океанским судном, имеющем номер IMO, известного владельца и понятную историю. Но в угоду своей статистике Мукундан на такие мелочи внимания не обращает.

Нападения - считаются только те, про которые было сообщение в центр в Куала-Лумпур. Да, признает Мукундан, некоторые нападения не учитываются, потому что о них не сообщают нерадивые капитаны и судовладельцы. (Заметим в скобках, что не нерадивые, а просто не видящие в том смысла.) Но приблизительно их количество можно вычислить, пусть очень приблизительно, но можно. Тогда статистика приобретет совсем другой вид.

В комментарии статистики пиратства за 9 месяцев кэптен не забыл опять лизнуть военных, отметив их несомненные заслуги и успехи, и опять призвать всех к соблюдению инструкций из Руководства по защите от пиратов, как главного залога безопасного прохода опасными водами. Все понимают, что король, Руководство то есть, голый. Что смешно серьезным людям говорить о Руководстве, как о необходимой для обеспечения безопасности вещи. Полезной - может быть, но не настолько важной, насколько ее пытаются сделать.

Особенно возмутительно отношение международных морских организаций, в том числе кэптена, к частной вооруженной охране. Прямо воспротивиться они пока не могут. Поэтому они скользко говорят, что «вооруженная охрана нежелательна, так как ведет к эскалации насилия». Когда значит, военные Индии, Китая и России (и я думаю, не только они), долбят на поражение все, что видят, это к эскалации не ведет. Это не насилие. Когда индийский фрегат топит только что захваченное пиратами рыболовное судно под флагом Таиланда, и расстреливает поняв ошибку, его экипаж, как свидетелей, это не только не насилие, это почти подвиг. Потому что в том же году, когда индийские военные совершили это преступление, их заслуги в борьбе с пиратством были отмечены наградой IMO. Этот случай очень многое говорит нам не так о качестве индийских военных, как о моральных принципах международных морских организаций, о том, что для них главное, а что нет. Часто вооруженной охране достаточно сделать несколько предупредительных выстрелов, чтобы пираты тут же ушли. Никто не стреляет по судну, экипаж не рискует жизнями, следуя инструкциям Руководства по защите от пиратов. Это что, эскалация насилия? Рекомендация насчет устройства на судах Цитадели кстати, крайне опасна. Пока проносит. Пока жертв не было. Но рано или поздно пираты рванут двери взрывчаткой. С какими последствиями? Сколько будет жертв?

Международным морским организациям судьба конкретных судов и моряков, владельцев судов и грузов, глубоко безразлична. Но попытки судоходства обезопасить себя от пиратства самостоятельно напрямую и весьма болезненно ущемляют интересы этих организаций. Рано или поздно, но реальные статистика и анализ станут известны широкой общественности, а международные морские организации очень боятся критики в свой адрес. Вот почему международные морские СМИ, если говорить о свободе слова, если кого и опережают по этой свободе, то разве что СМИ Северной Кореи. Если же говорить о мировом сообществе, о странах и политиках, которые его представляют, то не удивлюсь, если вооруженную охрану скоро запретят, как ужасно опасную и ущемляющую права пиратов. Потому что для них вооруженная самостоятельность простых граждан кажется куда более опасным явлением, чем пиратство.

Михаил Войтенко

25 октября 2010 г.